— Нахрена нам годзиллы, ребята? — спросил я, как завороженный,
глядя на разворачивающуюся посреди озера битву титанов. — Нам и без
них хорошо, правда ведь?
Лишившаяся крыльев вила сдаваться отнюдь не собиралась. Козьими
ногами она так вдарила водяному в морду, что тот потерял
равновесие. Пытаясь удержаться на ногах, замахал руками, и вила
упала, с треском проломив льдину.
Льдина раскололась на две части. Вила ушла под воду, и две части
льдины перевернулись над нею.
— Может, нам уже выступать? — предложила Земляна.
— Куда спешишь?
— Одна тварь другую убьёт — и родии мимо. Только кости
соберём.
В сказанном определённо заключался глубокий резон. Терять родии
не хотелось совершенно. И так нас мало, десятка не набирается, а
значит, родии распределяться не будут. Возьмёт тот, кто завалит
тварь. А если ещё и тварь одна будет…
Но тут вила показала, что она ещё весьма далека от истощения, на
которое мы делали ставку. Сумасшедшая баба вылетела из воды, вновь
обладая крыльями, и, схватив за космы водяного, взмыла с ним в
небо.
Ерёма присвистнул:
— Огось! А я слышал, будто если им крылья оборвать, они людьми
становятся.
— Становятся, — громыхнул Харисим, уже не пытаясь понижать
голос. — Если срежешь да спрячешь — придёт к тебе, баба как баба.
Хошь — в жёны бери. Ничего тебе не сделает. Только крылья искать
будет. А как найдёт — улетит.
— Да вы надоели уже с тварями женихаться! — возмутилась Земляна.
— Что, баб нормальных не хватает?!
— Это они теоретически, — вступился я за мужиков. — А сейчас,
значит, она крылья сразу нашла, потому и…
— Ага, — подтвердил Харисим. — Такие вот твари.
Тем временем вила, подняв водяного повыше, вновь сотворила из
озера ледяную пику и швырнула на неё свою ношу. Водяной заорал,
нанизавшись на пику. Но таки махнул обеими руками, и вилу пронзил
насквозь целый десяток пик. Вскрикнув, она спикировала в воду.
Послышался всплеск. Водяной, издав нехороший хрип, обмяк, но,
вроде, не подох.
— Вот теперь точно наш выход, — сказал я. — Айда! Захар,
Никодим, Иван, Харисим — на водяного, остальные — за мной, на
вилу!
С холма мы обрушились единой толпой, только потом разделились.
Над разделением я особо не думал, доверился чутью, которое
говорило, что вила попьёт больше крови, чем водяной. Поэтому на
водяного я отрядил относительно слабых Захара и Никодима, среднего
Ивана, но в усиление дал могучего Харисима. А сам повёл в атаку на
пока невидимого соперника более серьёзную армию.