Жизнь – это череда выборов.
Нострадамус
Ваш выбор наполовину во власти случая.
Курт Воннегут
Тишина…
Темнота… И вдруг яркий свет, резанувший болью по глазам… Все вокруг пустое. Пустое и белое… Белая пустота…
Запах… резкий…
Тишина медленно растворяется, впуская сначала едва различимые и все более нарастающие звуки: равномерное попискивание и тихие ритмичные хлопки.
Вдруг добавляется еще один звук: он зарождается где-то в отдалении, постепенно нарастает и приближается. Белую пустоту перекрывает белое пятно. Потребовалось болезненное усилие, чтобы сфокусироваться на этом белом пятне, которое вдруг стало издавать звуки:
– Есть реакция! – закричало оно.
Вопль отозвался сильной пульсирующей болью внутри, которая взорвалась и разлетелась на тысячу осколков.
«Где я? Нет, не так… Кто я???» – ужасом полыхнула мысль, разом выключив звуки… запахи… цвета…
Лаврик сколько себя помнил, всегда был окружен женщинами. Вообще, Лаврентий не любил вот эту трансформацию своего имени «Лаврик», но матушка, а она, кстати, тоже не любила эту «матушку», называла его так всегда, сколько Лавр себя помнил, и какие-либо его попытки воспрепятствовать тому ни к какому результату не приводили. Первая и самая главная женщина в его жизни – его мама! Мама, которая всегда защищала и оправдывала, чего бы не натворил. На пьедестале победителей, безусловно, – бабуля и сестра, причем их сложно даже на второе и третье место определить, все три на первом! Бабуля с ее сырниками со сметаной, за которой она успевала сбегать еще до того, как Лаврик проснется, – самое счастливое воспоминание его детства, и его боевой товарищ, который с ним, очевидно, пройдет самый длинный жизненный путь – сестра Машка. Эти три самые главные женщины в его жизни всегда были на его стороне, чтобы потом в жизни не случалось. Матушкин «Лаврик», бабулин «Лавруша» и «Лавик» мелкой Машки, не выговаривавшей звук «р» – его три кита. Нет, у Лавра с Машей был, конечно, отец, но как-то больше на заднем плане, вечно в делах, приходивший поздно с работы, ужинавший после всех и сейчас сидящий на пенсии за планшетом, такой же тихий и спокойный, как и вся его жизнь.
Потом и в детском саду, и в школе, и в летних лагерях – Лавра всегда окружали женщины. Даже физруком была физручка.